Новомученики, исповедники, за Христа пострадавшие в годы гонений на Русскую Православную Церквь в XX в.
(с) ПСТГУ, ПСТБИ (с) Братство во Имя Всемилостивого Спаса
Home page NIKA_ROOT INDEX ГодАреста 1976 Дела o31.156 => o31.156 ПЕРИОДЫ ЖИЗНИ
5 Осуждения 1 ОписГрупДела
ОписанияГрупДел
d01.132
    "Дело подпольного Киевского Ставропигиального монастыря. Киев, 1944г." 
    Архив  Д.147951 
    КолЧеловек  22 
    ПриблКолЧеловек  1 схиархимандрит, 2 иеромонаха, 6 монахов, 12 монахинь и 1 послушник 
    КолРасстрелов  1 
    ОсновныеОбвиняемые
      иеромонах Петр (Романча Порфирий Кириллович)
      иеромонах Петр (Савицкий Павел Петрович)
      схиархимандрит Михаил (Костюк Александр Васильевич)
    ПериодCледствия
      Регион  Киев 
      ПериодСледст  30 декабря 1943г.— 25 ноября 1944г. 
      МестоЗаклСлед  Киев, тюрьма 
      ОсновноеОбвин  "член (руководитель) к/р церковно-монархической организации" 
      ГодОкончСледст  1944 
    ОбщееОписаниеДела 
    С марта 1917г., после смерти известного киевского старца, иеромонаха
    Алексия (Шепелева), общепризнанным духовным авторитетом киевлян стала его
    духовная дочь, схиигуменья Михаила (Щелкина), к которой перешла его
    многочисленная паства.
    С установлением власти большевиков схиигуменья Михаила (Щелкина) отказалась
    признать богоборческую власть.
    С начала 1924г. Именным Указом Патриарха Тихона Киево-Печерской Лавре была
    предоставлена ставропигия при непосредственном подчинении в дальнейших
    действиях самому Патриарху.
    Этот Указ распространялся также на Феодосиевское и Воскресенское подворья,
    которыми управляла схиигуменья Михаила (Щелкина).
    С середины 1920-х гг. ближайшим помощником схиигуменьи стал о.Михаил (Костюк).
    В 1924г. Именным указом Патриарха Тихона он был назначен священноархимандритом
    Киево-Печерской Лавры "с правом ношения панагии, дикирия и трикирия".
    Указом Управляющего Киевской Епархии епископа Макария (Кармазина)
    от 30 октября 1924г., Киево-Печерская Лавра, Воскресенское и Феодосиевское
    подворья стали именоваться "Киевским Ставропигиальным монастырем".
    В декабре 1924г. Киево-Печерская Лавра, Феодосиевское и Воскресенское подворья,
    (т.е. Ставропигиальный монастырь), были закрыты.
    Однако монашествующие Ставропигиального монастыря в количестве примерно
    200 человек после закрытия монастыря не разошлись, а поселились в Киеве,
    в частных домах и стали группироваться вокруг игумении Михаилы (Щелкиной).
    Таким образом, закрытый Ставропигиальный монастырь продолжал существовать,
    перейдя на нелегальное положение и сохраняя свое прежнее наименование.
    В будущем тайный Киевский Ставропигиальный монастырь представлял собой гигантскую
    монашескую конгрегацию, состоявшую из мужского и женского отделений.
    В 1939г. схиигумения Михаила скончалась, был совершен открыто чин погребения,
    притом в погребальной процессии участвовало множество людей, в том числе
    архимандрит Михаил (Костюк) и другие насельники монастыря.
    В ночь с 14 на 15 августа 1939г., когда на очередное поминовение схиигуменьи Михаилы
    собралось около тридцати человек, в дом схиигумении нагрянули чекисты и
    арестовали всех присутствующих.
    Аресты монашествующих и верующих продолжались в Киеве в течение трех дней.
    17 февраля 1940 года обвиняемые были приговорены к различным срокам ИТЛ.
    Архимандрит Михаил также был задержан, но освобожден, т.к. назвался другой
    фамилией, и ему удалось скрыться в с.Зайцево Донецкой обл. к своим духовным чадам.
    В течение четырех месяцев он скрывался там, а в начале февраля 1940г.
    перебрался в Черниговскую обл., постоянно меняя места проживания по разным селам.
    Архимандрит Михаил был объявлен во всесоюзный розыск.
    В марте-мае 1940г. были арестованы четыре насельника монастыря, бывшие в розыске.
    27 июля 1940г., все обвиняемые,
    как "участники нелегальной антисоветской церковно-монархической организации
    "Истинно-Православная Церковь", были приговорены к различным срокам лагерей.
    К маю 1940г. архимандрит Михаил (Костюк) вернулся в Киев и принял на себя
    руководство тайным монастырем. До начала войны аресты насельников монастыря
    в Киеве и по всей Украине продолжались, но архимандрит Михаил так и не был задержан.
    В начале 1941г. архимандрит Михаил перебрался в Ирпень, поселился в монастырском
    доме и там проводил тайные богослужения, согласно материалам дела, рукоположив
    во диакона, а затем и во иерея своего помощника, монаха Петра (Савицкого).
    В 1941г. с первых же дней немецкой оккупации Киева архимандрит Михаил из
    Ирпени вернулся в столицу. В доме на Садовой улице, где раньше проходили
    тайные богослужения, он освятил престол в честь Всех Святых, и с этого времени
    там стали служить открыто, а в покоях архимандрита Михаила была помещена икона
    Архистратига Михаила.
    Богослужения в домашней церкви Всех Святых проходили сначала без разрешения
    немцев, но монастырь ему удалось официально зарегистрировать у оккупационных
    властей в декабре 1941г.
    За год известность архимандрита Михаила среди верующих настолько возросла,
    что это вызвало сильнейшую ненависть правящего епископа Пантелеимона (Рудыка),
    перешедшего в юрисдикцию Автономной Церкви Западной Украины (позже он бежал с
    немцами).
    В марте 1943г. в гестапо пришел донос, в котором сообщалось, что
    Михаил Костюк — коммунист и партизан, имеет брата-коммуниста, занимающего в
    Москве высокий пост, и что в монастыре укрываются партизаны.
    В домах монастыря немцы провели три обыска, никого не нашли, однако сам архимандрит
    Михаил был арестован гестапо и лишь после долгого разбирательства освобожден.
    Причем владыке Михаилу пришлось оставить в гестапо заявление, в котором было
    написано: что он "обязуется при появлении партизан поставить в известность
    оккупационные власти". Хотя он ни разу ни о чем-таком в гестапо не заявлял, —
    это позднее для органов НКВД станет основанием для обвинения архимандрита в
    сотрудничестве с немцами.
    Богослужения в церкви Всех Святых привлекали все больше верующих, среди них
    были представители технической и творческой интеллигенции, профессура, увеличился
    поток верующих из провинции, привлеченных распространявшимися слухами об
    архимандрите Михаиле как целителе и святом старце.
    В конце каждой службы собирались пожертвования на монастырь — деньги и продукты,
    с каждым днем их собиралось все больше. Церковь не могла уже вмещать такого
    количества желающих.
    Тогда возникла у архимандрита Михаила идея строительства целого монастырского
    комплекса с вместительным храмом.
    Оккупационным властям было подано соответствующее заявление в обход
    правящего епископа Пантелеимона (Рудыка), который препятствовал строительству
    нового храма. Вскоре разрешение было получено.
    В мае 1943г. началось строительство нового храма.
    По указанию архимандрита Михаила к работе было привлечено все трудоспособное
    монашество, вместе с ними работала молодежь, освобожденная под этим предлогом
    от отправки в Германию приказом оккупационных властей, а также добровольные
    помощники. Строительный материал привозился на стройку на подводах, кирпичи
    доставляли на двух немецких автомашинах, выделенных властями.
    Большинство монахинь имели послушание — собирать пожертвования, продукты и
    деньги на строящийся храм по деревням и селам. И хотя храм еще не был достроен,
    но распространившиеся по Киеву в сентябре слухи о скорой сдаче Харькова и
    предстоящей эвакуации оккупационных властей, ускорили его открытие.
    4 ноября 1943г., в день праздника Казанской иконы Божией Матери, в новом храме
    торжественно прошло первое богослужение в присутствии всех насельников монастыря
    и множества верующих.
    Крах монастыря надвигался вместе с приближением Красной армии — и
    архимандрит Михаил это понимал и готовился к нему. Предвидя бессудные
    расстрелы в первые дни после освобождения Киева от немцев, он дал указание
    заранее подготовить тайные убежища и до последнего дня делал все, чтобы спасти
    своих приверженцев и помощников, отправляя самых активных и известных или на Запад
    с немцами, или в дальние села. Церковную утварь и имущество монастыря по ночам
    прятали в подготовленные тайники в подвалах храма, во дворе и на огороде были
    закопаны овощи и продукты.
    Сам о.Михаил остался со своими духовными детьми, хотя его почитатели и насельники
    монастыря уговаривали его уйти с немцами.
    Представляя дальнейшую горькую участь своей паствы, он решил разделить ее со
    всеми, готовя себя к мученичеству.
    С установлением Советской власти в Киеве архимандрит Михаил все же сделал
    попытку официально зарегистрировать монастырь. По его указанию, монахиня Анна
    передала в исполком заявление с приложенным к нему списком на сто насельников,
    причем во избежание репрессий данные на лиц были во многом сфальсифицированы.
    Рядовых монахов для убедительности он записал священниками, монашеский стаж
    многим увеличил, молодым мужчинам и женщинам прибавил возраст. Все это было
    сделано для убеждения властей, что в монастыре в основном — старики.
    30 декабря 1943г. во время богослужения в новом храме Всех Святых архимандрит
    Михаил (Костюк) был арестован вместе с двадцатью монашествующими, принимавшими
    участие в службе.
    В ночь с 8 на 9 января 1944г. были арестованы следующие девять насельников,
    и среди них братья Савицкие, Евгений и Павел.
    В ночь с 12 на 13 января 1944г. были задержаны еще пять насельников, и среди них
    иерей Иоанн Пустотин, служивший на Байковом кладбище.
    В "Постановлении на арест" арестованные обвинялись как "участники к/р церковно-монархической организации".
    В начале июля 1944г. им было предъявлено "Обвинительное заключение".
    Из "Обвинительного заключения" Михаила Костюка:
         "Организовал антисоветскую монархическую группу...
          Проводил антисоветскую пораженческую агитацию, "предсказывая" гибель
          Советской власти и установление на территории СССР царской монархии".
    Но главное обвинение, предъявленное ему, — была
         "Тесная связь с представителями карательных органов немецких властей,
          от которых он получал задания выявлять советских партизан",
    Эти показания дал уже осужденный переводчик в гестапо, привезенный из лагеря
    на очную ставку с ним.
    Архимандрит Михаил виновным признал себя лишь в том, что,
         "Как руководитель тайного Киевского Ставропигиального монастыря,
          на протяжении многих лет лично проводил активную монархическую работу
          против Советской власти".
    29 июля 1944 года первая группа обвиняемых была приговорена:
    к 8 годам лагерей — 5 человек,
    к 5 годам лагерей — 10 человек,
    к 5 годам ссылки — 3 человека,
    освобожден один человек.
    Монахиня Неонила (Попова-Мюллер) скончалась во время следствия 10 февраля 1944г. года.
    Арестованные из второй и третьей группы были также приговорены к 3–5 годам
    лагерей, кроме иеромонаха Петра (Савицкого) и архимандрита Михаила (Костюка).
    Архимандрит Михаил отказался подать прошение о помиловании и
    25 ноября 1944г. был приговорен к расстрелу с конфискацией имущества и расстрелян,
    а иеромонах Петр (Савицкий), подавший соответствующее прошение — к 10 годам ИТЛ.
    Все проходившие по делу были реабилитированы
    СписокПострадавших ->

(c) ПСТГУ. Факультет ИПМ