Новомученики, исповедники, за Христа пострадавшие в годы гонений на Русскую Православную Церковь в XX в.
(с) ПСТГУ, ПСТБИ (с) Братство во Имя Всемилостивого Спаса
Home page NIKA_ROOT INDEX ФИО Подобедова Ольга Ильинична Дела oki.96 => oki.96 ПЕРИОДЫ ЖИЗНИ
4
Служение
    Служение
    Москва, Институт истории искусств АН СССР (ИИИ АН СССР) 
    Должность м.н.с., с.н.с., заведующая сектором Древнерусского искусства (с 1968г.) 
    Год начала 1946 
    Месяц начала 3 
    В Институте истории искусств Ольга Ильинична заведовала фондом рукописей,
    физически формировала сборники статей, редактировала рукописи, снимала
    вопросы с авторами и представляла Институт в издательстве.
    И.Э.Грабарь собирал коллективы авторов из лучших ученых страны, и Ольга
    Ильинична в процессе работы знакомилась с передним краем науки об искусстве.
    Так, редактирование первых четырех томов Истории Русского Искусства дало ей
    серьезную подготовку в области древнерусского искусства.
    Ольга Ильинична решила заняться научной работой.
    Она выбрала для исследования иллюстрированную рукопись XVII века
    "Повесть о Петре и Февронии, Муромских чудотворцах". Одним из аспектов этой
    работы было сравнение миниатюр рукописи с клеймами житийных икон, хранившихся
    в Муромском музее и фресками Муромского собора. В это время она ждала третьего
    ребенка. Получив декретный отпуск, Ольга Ильинична поехала в Муром,
    остановилась в гостинице и начала изучать фрески Муромского собора, для чего неоднократно
    поднималась по лесам на значительную высоту. Ее соседка по номеру в гостинице
    восклицала: "Я так боюсь, что у Вас начнутся роды на лесах!". Ольга Ильинична
    благополучно вернулась из Мурома и в сентябре 1947г. родила дочь Екатерину.
    На секторе истории живописи и скульптуры она прошла обсуждение глав своей
    диссертации. Осталось только написать введение и заключение.
    Но в это время в институте появился новый зам. директора по научной работе
    В.С.Кеменов. Он добился распоряжения, запрещающего всем сотрудникам Института,
    включая и И.Э.Грабаря, заниматься чем-либо, кроме современного искусства.
    У Ольги Ильиничны тогда было тяжелое семейное положение: ее муж лежал
    в больнице с диагнозом опухоль мозга, на руках было три ребенка и маленькая
    зарплата младшего научного сотрудника без степени. Необходимо было защищать
    кандидатскую диссертацию.
    В 1949г. Ольга Ильинична поступила в аспирантуру ИИИ АН СССР без отрыва от
    работы. Ей утвердили тему "Великая Отечественная война в советской графике".
    Ольга Ильинична обратилась в Союз Художников, чтобы узнать о тех художниках,
    которые погибли на фронте. Ей показали огромный ларь, куда складывали материалы,
    которые командиры частей присылали в Союз Художников, когда в части погибал
    художник. Разбирая эти материалы, Ольга Ильинична нашла отличные зарисовки с натуры,
    которые делались в окопах, землянках или на привалах. Удалось вернуть многие
    забытые имена, ввести в научный оборот замечательные графические работы.
    Писала она и об известных графических сериях Шмаринова и Пластова. Чтобы показать,
    в каких условиях работали художники в осажденном Ленинграде, Ольга Ильинична
    из местных ленинградских газет выписала и свела в таблицу, сколько бомб и
    снарядов выпало помесячно на разные районы Ленинграда во время блокады.
     
    В результате объем диссертации составил 800 страниц текста и 1200 страниц
    аппарата и альбома. Руководителем работы был И.Э.Грабарь, а одним из оппонентов
    А.А.Сидоров. Эта кандидатская диссертация была защищена в 1952г.
    В период "борьбы с космополитизмом" В.С.Кеменов вызвал в институт высокую
    комиссию, которая должна была проверять работы сотрудников института.
    И.Э.Грабарь, который хотел оградить своих сотрудников, в частности В.Н.Лазарева
    от неприятностей, вызвал к себе Ольгу Ильиничну с рукописями последних трудов
    института. Велел, чтобы она отвезла рукописи к себе домой и спрятала их так,
    чтобы они не пропали, но и не были на виду. А сам выдал Ольге Ильиничне расписку,
    что взял эти рукописи для просмотра. Тем самым комиссия была лишена материалов
    для обвинения сотрудников в "космополитизме".
    Работа по "Повести о Петре и Февронии" не пропала. Вера Дмитриевна Кузьмина, бывшая
    в то время заведующей аспирантурой, строго потребовала представить в отдел аспирантуры
    перепечатанные на машинке (обсужденные на секторе) главы диссертации, посвященные
    фольклорным мотивам в иллюстрированных рукописях XVII века. Ничего не говоря Ольге
    Ильиничне она показала эти главы крупнейшему специалисту по древнерусской литературе
    Варваре Павловне Адриановой-Перетц, которая сказала, что из этого надо сделать
    несколько статей для Трудов Отдела Древнерусской литературы (ТОДЛ).
    Ольга Ильинична подготовила статьи, которые затем были опубликованы в ТОДЛ.
    Так В.Д.Кузьмина ввела Ольгу Ильиничну в круг ученых, занимающихся Древней Русью.
    Еще во время работы над "Повестью о Петре и Февронии" Ольга Ильинична заметила,
    что рукопись написана на бумаге XVII века, но с разными водяными знаками и
    обратилась к крупнейшему палеографу М.В.Щепкиной. Через несколько лет появилась
    работа, доказывающая, что рукопись — подделка. Ольга Ильинична сказала:
    "Слава Богу, что не удалось защитить диссертацию, а то какой был бы позор".
    Семейная жизнь Ольги Ильиничны наладилась: муж выздоровел, дети росли.
    Но продолжались бытовые трудности. В 1953г. снесли деревянный дом, в котором
    она жила с семьей, и их переселили в выстроенный рядом пятиэтажный дом. В
    результате площадь сильно уменьшилась, вместо 4-х комнат стало две.
    Лишившись рабочего кабинета, Ольга Ильинична стала работать в кухне по ночам,
    когда все ложились спать. Дом поначалу был очень сырой, младшие дети серьезно
    заболели.
    В 1955г. Ольга Ильинична стала старшим научным сотрудником. Начался особо
    плодотворный период ее жизни в науке. Помимо плановых работ в институте,
    Ольга Ильинична опубликовала в 1957г. монографию о своем крестном Дмитрии
    Николаевиче Кардовском, затем монографии о его друге
    Е.Е.Лансере (1961) и о своем научном руководителе И.Э.Грабаре (1964).
    В 1958г. произошло важное для Ольги Ильиничны событие: ее муж Абрам Давидович
    Малкин крестился. Крестил его протоиерей Дмитрий Александрович Крылов.
    В 1956г. она начала заниматься Лицевым летописным Сводом. Выяснилось, что
    последовательно прочесть весь Лицевой летописный Свод, насчитывавший 40 тысяч
    листов и около 17 тысяч миниатюр непросто, т.к. в XVII веке в посольском приказе
    Свод переплели так, что листы из разных книг попадали в один том, к тому же
    хранились они в разных местах — в Ленинской библиотеке в Москве, библиотеке
    Салтыкова-Щедрина, библиотеке Академии Наук в Ленинграде. Ольга Ильинична составила
    таблицу последовательного чтения листов Свода. Для анализа она привлекла и более
    ранние рукописи Радзвиловской летописи и Хроники Георгия Амартола.
    Она впервые применила для исследования миниатюр рентгеновские съемки, что позволило
    доказательно выявить наличие нескольких художников, работавших над миниатюрами
    Радзвиловской летописи. Удалось также создать представление о не дошедших до
    нас рукописях, послуживших оригиналами для художников, рисовавших миниатюры Свода.
    В 1961 г. Ольга Ильинична защитила докторскую диссертацию на тему "История
    лицевого летописания" в Институте археологии АН СССР. Оппонентами были
    А.В.Арциховский, Н.Н.Воронин, А.Н.Насонов. Историки особенно оценили
    таблицу хронологического чтения томов Свода и по предложению Б.А.Рыбакова
    присудили Ольге Ильиничне степень доктора исторических наук.
    Еще в 1960г. под руководством В.Н.Лазарева Ольга Ильинична начала работу по
    организации группы древнерусского искусства. В 1961г. после защиты диссертации
    она ушла в отпуск, а вернувшись, узнала, что в составе сектора истории
    изобразительного искусства организована группа по изучению древнерусского искусства
    под ее руководством. В составе группы числилась она сама и еще В.П.Выголов, которому
    было разрешено только половину своей плановой работы делать для древнерусской группы.
    К 1963г. в группе уже работали Г.Н.Бочаров и В.В.Косточкин.
    Ольга Ильинична отдавала все свои силы на руководство древнерусской группой.
    Т.к. штатных сотрудников не хватало, она привлекала к работе "актив".
    Постепенно сложился постоянно действующий семинар по древнерусскому искусству,
    которым Ольга Ильинична руководила четверть века. Два раза в месяц на заседаниях
    семинара читались представляющие общий интерес доклады по искусству Древней Руси.
    На эти доклады вход был свободный, и приходили сотрудники музеев, библиотек и
    реставрационных мастерских, которые интересовались Древней Русью, а также молодежь
    в основном из числа студентов и аспирантов искусствоведческого отделения МГУ.
    Примерно раз в два года удавалось организовывать конференции по древнерусскому
    искусству. На эти конференции стали приезжать ученые из-за рубежа.
    Сборники трудов конференций выходили как серия "Древнерусское искусство".
    За период с 1963г до 1993г. под редакцией Подобедовой вышло в свет 15 книг
    "Древнерусское искусство".
    Группа росла, и в 1968г. на ее базе был организован сектор истории древнерусского
    искусства, которым заведовала Ольга Ильинична.
    Весной 1971г. умер муж Ольги Ильиничны Абрам Давидович, а летом умерла мать
    Софья Людвиговна.
    В эти годы большую поддержку Ольге Ильиничне давала переписка, а потом и личное
    общение, с протоиереем Николаем Степановичем Педашенко, который служил в Сарапуле,
    а в 1967г. был уволен за штат и переехал в Москву к сыну. Он жил в Зюзино на
    5 этаже без лифта. После инфаркта он не выходил на улицу. Ольга Ильинична
    называла его "столпник". Отец Николай был "старцем", к нему за советом и утешением
    шли вереницы людей. В своей маленькой квартире, до самой его смерти в 1981г.,
    он крестил сотни людей.
    Ольге Ильиничне, как глубоко верующему и церковному человеку, в советское время
    трудно было жить — прослушивание телефонных разговоров, доносы, опасность потери работы
    и ареста. Еще труднее было работать.
    Дело в том, что изучение древнерусского искусства, по сути — искусства
    Православной Церкви, находилось под жестким идеологическим контролем.
    Не имея возможности предать полному забвению высочайшие проявления средневековой
    культуры Руси, власть требовала ее переосмысления с позиций материалистической
    исторической науки и атеистического мировоззрения, совершенно чуждых, прямо
    противоположных этой культуре. Во многих искусствоведческих сочинениях тех
    советских лет авторы пытались видеть в произведениях древнерусских писателей
    и художников "стремление к преодолению навязанного сверху и ограничивающего
    творчество канона", искать в святых образах, житийной и литургической литературе
    Руси "проявления безбожия" или "отголоски язычества". Очень непросто было
    не поддаться искушению скрытого и оправданного временем и положением в стране
    отступничества, но и тени его нельзя найти в статьях и книгах Ольги Ильиничны.
    Долгие годы заведуя сектором Древнерусского искусства Института искусствознания
    Министерства культуры СССР, своих сотрудников, деятельность сектора она направляла на честное
    и непредвзятое изучение церковной культуры, учила уважительному отношению к ее
    коренным основам, не допуская материалистических искажений и передергиваний.
    Многие десятилетия она была неизменной прихожанкой московского храма Илии Обыденного,
    являвшемся одним из центров духовной жизни Москвы в 1960-е — 1980-е годы.
    Во все воскресные и праздничные дни можно было встретить невысокую старушку в
    платочке или маленькой вязаной шапочке. Это была Ольга Ильинична.
    Она бывала в Псково-Печерском монастыре и в Успенской Пюхтицкой обители.
    К числу ее друзей относились известные ученые, ее ученики, священники, семинаристы,
    которым она помогала иногда в написании работ по церковной археологии.
    Близкие отношения связывали ее с еще одной прихожанкой Обыденской церкви, также
    много времени проводившей в Пюхтице, В.В.Черной, внучкой священномученика Серафима
    (Чичагова), будущей игуменией Серафимой, первой настоятельницей московского
    Новодевичьего монастыря.
    Ольга Ильинична стремилась защищать людей от несправедливости. Так, она добилась
    пересмотра дела несправедливо осужденного институтского шофера М.Демидова, уже
    начавшего отбывать срок в лагере. Ей удалось поспособствовать присуждению
    степени доктора наук выдающемуся ученому Г.К.Вагнеру, который был арестован
    еще студентом и не имел диплома о высшем образовании.
    В 1970г. на XII международном конгрессе исторических наук в Москве она
    познакомилась с крупным византинистом и богословом протопресвитером о.Иоанном
    Мейендорфом, с которым впоследствии встречалась на международных конференциях.
    В 1970-е годы ее стали выпускать в научные командировки за границу.
    В сентябре 1971 года она участвовала в XIV международном конгрессе византинистов
    в Бухаресте, где делала пленарный доклад.
    В 1973г. она поехала в Югославию знакомиться с памятниками сербского искусства.
    Она сделала там доклад о сербских известиях в русских летописях и показала
    десятки слайдов, что растрогало сербских ученых. Один из них возил Ольгу Ильиничну
    на своей личной машине по памятникам возле Белграда, потом на маленьком самолете она
    полетела в Македонию в Охрид. С экскурсией по действовавшему женскому монастырю
    ее вела настоятельница, которая была поражена глубоким проникновением Ольги
    Ильиничны в суть древнего церковного искусства и даже предлагала ей не
    возвращаться в Москву, а остаться монахиней в ее монастыре.
    В 1979г. профессор Сюзи Дюфрен пригласила Ольгу Ильиничну в Париж читать
    лекции на кафедре византинистики Колеж де Франс, которую она возглавляла. Ольга Ильинична
    прочитала 4 лекции по русским лицевым летописям и была приглашена на кафедру
    истории прочесть дополнительно лекции о русской иконе. Она начала лекцию с цитаты
    определения VII Вселенского собора о сущности иконы. Ее слушали восторженно.
    Ольга Ильинична много времени работала в отделе рукописей в Национальной
    библиотеке в Париже, ходила в музеи.
    Была поездка в православный монастырь в городе Ванв.
    Настоятель монастыря архимандрит Сергий Шевич, услышав фамилию Ольги Ильиничны,
    спросил, не было ли у нее родственников во Франции. Она сказала, что жена ее дяди
    Александра Николаевна и кузина Марина Александровна Подобедовы эмигрировали во
    Францию, но она не знает, что с ними сталось. О.Сергий сказал, что они были его
    духовными дочерями и много потрудились над украшением храма. Затем отслужил
    панихиду на их могиле на монастырском кладбище.
    В 1980г. большое впечатление на нее произвела поездка на конгресс византинистов в
    город Бари в Италии, где она смогла поклониться мощам святителя
    Николая Мирликийского в храме свт.Николая. Она побывала в крипте, помолилась
    свт.Николаю и приобрела большое количество бутылочек с миром, истекающем от
    мощей, которые она сложила в портфель. Когда в аэропорту она поставила перед
    советским таможенником этот портфель, тот сказал, чтобы она его "немедленно
    убрала со стола".

    Были еще поездки в Грецию в Афины на конгресс и две поездки в Софию, где она
    познакомилась с русскими монахинями в монастыре в Княжево, с которыми потом
    состояла в переписке.
    Любовь к великой русской культуре привела Ольгу Ильиничну, совместно со многими
    другими искусствоведами (А.П.Грековым, Г.С.Бехтелем и др.) к трудам под святым
    омофором Церкви, вне которой никакая творческая деятельность не может обрести
    ясность и полноту. Она была беззаветно предана своему делу, в высшей мере обладала
    профессиональной и личной честностью и мужеством.
    Ольга Ильинична не только была сама непоколебима в своей вере, но в духе
    христианского благочестия воспитала своих сыновей, дочь и внучку.
    В 1982г. был убит ее старший сын Илья. Обстоятельства и причины его убийства
    не были до конца выяснены.
    Только молитвенная помощь и утешения, преподанные отцом Иоанном Крестьянкиным
    из Псково-Печерского монастыря и о.Николаем Гурьяновым с острова Залит помогли
    Ольге Ильиничне справиться с этим горем.
    В 1989г. Ольга Ильинична передала руководство сектором Алексею Ильичу Комечу
    и осталась работать профессором-консультантом.
    Когда с конца 1980-х годов появилась возможность возрождения храмов в России,
    Ольга Ильинична, являясь специалистом в области изучения и реставрации памятников
    древнерусской культуры, была среди тех, кто внес свою лепту и часть своей души в
    это святое дело. Она сделала свой выбор в пользу передачи Церкви ее исторического
    достояния, несмотря на далеко неоднозначное отношение к этому научной и
    "культурной" общественности. Будучи замечательным знатоком древнерусского искусства,
    Ольга Ильинична всю жизнь горячо заботилась о сохранении драгоценного наследия,
    При этом, близко зная церковную среду, она не могла не понимать, что далеко
    не все русские архипастыри и пастыри, оторванные на более чем 70 лет от своих
    древних святынь, знают, как надлежит хранить древности, и что не всегда есть
    возможность для правильного их содержания. Но когда изменилась обстановка в России
    и стала широко обсуждаться проблема передачи Церкви ее достояния, она не
    сомневалась: возвращено, постепенно и разумно, должно быть все, и, в первую
    очередь, главные, прославленные чудотворениями или особо чтимые национальные
    святыни. Разумеется, полагала она, рядом с возвращенными произведениями
    должны встать те, кто умеет их профессионально хранить и реставрировать.
    Так, летом 1991г. ей позвонила Г.Столова из Новгорода: "Ольга Ильинична,
    сейчас решается вопрос о возможности передачи Новгородской епархии Софийского
    собора и иконы Знамения, что Вы об этом думаете?" — Прозвучал ответ: "Мое мнение
    однозначно — икона Знамение, как одна из самых почитаемых русских чудотворных
    икон, должна принадлежать Церкви, Софийский собор должен действовать". Вслед
    за этим Ольга Ильинична написала письмо Владыке Льву, в котором аргументированно
    излагала свое мнение. Это письмо — заключение специалиста такого уровня — имело
    немаловажное значение. Ольга Ильинична приехала на освящение Софийского собора,
    хотя была не совсем здорова. Из воспоминаний Г.Столовой:
    "На службу мы шли вместе, входя в ворота Новгородского Кремля, она вдруг
    рассказала про сон, виденный ею давно, но незабываемый:
    "Мне приснилось, что я иду по мосту через Волхов, которого не было со времен войны,
    с моей покойной мамой и с моим покойным мужем, и вдруг мы видим над Софийским
    собором радугу и на ней Спасителя. Множество людей смотрело на это видение, и мама
    сказала мне — смотри, Оля, теперь все узнают, что Бог есть".

    Мы вошли в собор, начался чин освящения, совершавшийся Святейшим Патриархом
    Алексием в сослужении многих архипастырей и священников, потом литургия. О том, что
    произошло дальше, теперь знают, вероятно, все — во время евхаристического канона
    по храму разнеслась весть о чудесном знамении, о радуге. Мы не сразу вышли из
    собора, но все-таки Господь привел увидеть радужный венец над центральным
    куполом, сияющий в безоблачном небе и необъяснимый с точки зрения естествознания,
    знамение, потрясшее тысячи людей, стоявших у стен собора. После службы к нам
    подошел директор Новгородского музея М.В.Лопаткин. Он принадлежал к числу
    убежденных сторонников возвращения собора и иконы Церкви, но при этом всегда
    декларировал, что человек он неверующий... Совершенно неузнаваемый, Михаил
    Васильевич повторял: "Вы видели? Знаете, что это было? Это чудо! Так значит,
    это правда, значит, Он существует?" Ольга Ильинична смотрела на него, потом
    тихо сказала: "Сон мой сбылся". Михаил Лопаткин вскоре принял крещение, и он
    был далеко не единственным человеком, которого этот день привел к вере".

    О.И.Подобедова вошла в состав совета при Софийском соборе. Встреча с
    архиепископом Новгородским Львом произвела на нее очень сильное впечатление,
    она относилась к Владыке с искренним уважением и называла его одним из самых
    отрадных духовных явлений современной России.
    В декабре 1993г. она приехала на первое, торжественное заседание совета, сделала
    доклад о значении Новгородского Софийского собора. Заседание проходило
    накануне празднования иконы Богоматери Знамения. Вместе со всеми членами совета
    Ольга Ильинична молилась за праздничным богослужением в непосредственном присутствии
    самой главной новгородской святыни. Это было последнее посещение Ольгой Ильиничной
    Подобедовой Новгорода и Св.Софии. Возраст и состояние здоровья не позволили ей
    приехать еще.
    В 1997г. у нее случился тяжелый инсульт. Два с половиной года
    она тяжело болела, почти не двигалась и не говорила.
    27 сентября 1999г. она скончалась

(c) ПСТГУ. Факультет ИПМ